Накануне, практически весь пятый день у нас занял переезд в Гавану. Утром, Марта и компания расцеловали нас в десны, вручили брелочки на память и помахали платочком в дорогу. Как ни странно, именно в этот день я прочувствовала Кубу. Мы ехали от Сьенфуэгоса через городки, деревни, поля. Вроде бы ничего нового не увидели: те же улицы с лошадьми, повозками, старыми автомобилями и велосипедами, старые колониальные дома с пышной архитектурой, оставшейся от тростниковых магнатов. Но случился контакт. Проезжали поля с тростником, банановые сады, куриные фермы. У них здесь белые птички на вроде цапель тусуются рядом с коровами. На каждую корову своя птичка, иногда сидит прямо на спине, очень забавно. Нам махали какие-то парни с полей. Улыбались. Очень даже ничего ребята, симпатичные.
12828323_10206418365962682_4382083290824587084_o
Вечером, совсем в темноте добрались до виллы Эфрема. Дом очень забавный, построен еще в 60-х, американцами. Но после известных событий был брошен хозяевами и перешел в руки революции, то есть Эфрема — соратника Фиделя. Духовой шкаф фееричный, блендер тоже. Привет из Америки 60-х годов. На столах лежат салфеточки в стиле моей бабушки — это наверняка уже от жены Эфрема. Его жена выглядит значительно старше его, прям старуха, он тем временем весьма бодрый и предприимчивый перец. Не удивлюсь, если он не стесняется водить домой проституток (извините) в ее присутствии. Сад тоже ухожен, с любовью, чувствуется женская рука. Все эти кашпо с цветами, наверняка жена Эфрема постаралась.
Меня здесь называют сеньора Натача.
967302_10206396600458558_8308224901913829052_o
Шестой кубинский день, перемотка. И немного пятого. Дни недели уже не имеют значения) Впечатлений всё больше и записей тоже, поэтому я сильно сокращаю, но все равно выходит много.
Вернулись в этот день уже затемно, на розовом ретро-кабриолете. Пили шампанское прямо из бутылки (бутылка была завернута в бумажный пакет). Было в этом что-то свинское и одновременное прекрасное. Прекрасное свинство. Машина ехала хорошо, чувствовалось, что она тяжелая и мощная. Ехать на ней было приятно. Особенно по Малекону. Как выяснилось, мотор от мерседеса. Парни из кабриолета с уважением отнеслись к нашему месту обитания. Рядом живет Фидель. Мы немного заблудились в темноте, и до дому нас проводила полицейская машина. (И девочка на велосипеде, как выяснилось после просмотра фотографий). Мы с Таней хотели потрогать волосы впереди сидящего черного парня.
11049565_10206396602658613_3015596397352893710_o
Весь день мы провели в Гаване. Утром за нами заехал Эрнесто, которого так назвали в честь команданте. И мы выехали в город. Ездили к дому, где раньше жил Костя, потом к его бывшей школе. Во времена кубино-советской дружбы это была огромная школа, на 1000 человек. Эрнесто между делом рассказал много интересного про выживание кубинцев. Яйца по талонам, зарплаты низкие – 11-15 долларов, машины очень дорогие. Все воруют у государства. На ферме – мясо, на заправке – солярку, на поле – овощи. В ресторане официанты могут предложить что-то не из меню, билетер в музее не выдает билеты. Зарабатывают, как могут. Проезжали мимо крутующего института, где разрабатывают лекарства от псориаза и витилиго. Так и там, Эрнесто знает человека, у которого из-под полы можно купить препараты дешевле. Задрипанный Хёндай с огромным пробегом как у Эрнесто стоит 24 тыс. долларов. Ретро-кары называют франкенштейнами, потому что собраны из разных автомобилей. Они все ездят на солярке. Половина кубинцев живет на деньги родственников, уехавших в Америку. Вся остальная туристическая банальщина, которую выдал наш Че, была неинтересной, и он очень утомил своим лопотанием.
10575340_10206418348722251_6672777790836091477_o
Я стала обращать внимание на людей. Мужчины красивые (женщины, вероятно, тоже). И Гавана и кубинцы мне нравятся. Разруха и бедность, конечно страшные. Но при этом нет депрессии. Швейцария мне показалась более депрессивной страной, правда. А здесь все улыбаются, говорят комплименты, доброжелательны, очень симпатичные люди. На Кубе приятно быть женщиной. Такие парадоксы. Лошадей в Гаване нет, и велосипедистов тоже. 20й век.
Здесь, видимо совсем не принято блюсти чье-либо одиночество, с утра народищу шараборится по саду. Садовник, Эфрем, его жена, помощник садовника. Вместо Марты у нас здесь Инесс. Кофе в одиночестве не видать, ну я уж и попыток не предпринимаю)

Текст и фото Наташи